Вот люблю я голубоглазых блондинов. Правда, далеко не всех. Вот – в выпускном альбоме я рядом Юрой К. Он же есть и на фотографии моего первого класса – такой же пухлый, белый, светлоглазый. И совершенно неинтересный. А с Марком я проучилась всего года три. И фотография его осталась только одна – то ли в восьмом классе, то ли в девятом – после первого экзамена, замученные, испуганные, на школьном крыльце. Слишком контрастная – мелких деталей не разглядеть. Так что галстук его – серый в полосочку я скорее помню, чем вижу. Он единственный из класса носил _настоящий галстук_, а не «бздынь» на резинке. Это делало его взрослым и солидным. Хотя росточка был он малого – сидел со мной за первой партой. Прическа была тоже солидная – с длинной челкой, зачесанной на бок. Я дразнила его Пшеничным, потому что фамилия его совершенно уникальна – Сельский, тем более что и волосы его светлые, как солома, и глаза – голубые. Мне всё время хотелось погладить его по этим пшеничным волосам, и конечно, я его била по голове. Он слабо защищался и цитировал Высоцкого – «Про любовь в каменном веке». Я счастливо хихикала.
Он был одним из двух в классе специалистов по химии. Я до сих пор считаю эту науку наисложнейшей и с восхищением смотрю на тех, кто её освоил. То, что у меня в аттестате пятерка по этому предмету – просто чудо. Пришлось выучить органическую в десятом. А в восьмом-девятом классе я просто сдувала домашние задания у Марка. Сотрудничество было взаимовыгодным – я проверяла его сочинения и письменные работы. Писал он грамотно, но совершенно не творчески: бичом его была тавтология. Рекорд помню – семь предложений подряд с одним и тем же словом в качестве подлежащего.
А на алгебре мы соревновались: кто быстрее решит уравнение. Марк делал это на пару секунд быстрее, но часто допускал ошибки – то плюс с минусом перепутает, то знак умножения пропустит. Я – медленнее, но точнее.
Он ушел после девятого класса, хотя аттестат у него был неплохой – без троек, и даже пятерок больше, чем четверок. У него была неблагополучная семья: то ли пьющий отец, то ли тяжело больная мать, то ли и то и другое. Он поступил в медучилище. И больше я о нем ничего не слышала. Если кто-то его знает – передавайте привет!
Он был одним из двух в классе специалистов по химии. Я до сих пор считаю эту науку наисложнейшей и с восхищением смотрю на тех, кто её освоил. То, что у меня в аттестате пятерка по этому предмету – просто чудо. Пришлось выучить органическую в десятом. А в восьмом-девятом классе я просто сдувала домашние задания у Марка. Сотрудничество было взаимовыгодным – я проверяла его сочинения и письменные работы. Писал он грамотно, но совершенно не творчески: бичом его была тавтология. Рекорд помню – семь предложений подряд с одним и тем же словом в качестве подлежащего.
А на алгебре мы соревновались: кто быстрее решит уравнение. Марк делал это на пару секунд быстрее, но часто допускал ошибки – то плюс с минусом перепутает, то знак умножения пропустит. Я – медленнее, но точнее.
Он ушел после девятого класса, хотя аттестат у него был неплохой – без троек, и даже пятерок больше, чем четверок. У него была неблагополучная семья: то ли пьющий отец, то ли тяжело больная мать, то ли и то и другое. Он поступил в медучилище. И больше я о нем ничего не слышала. Если кто-то его знает – передавайте привет!
no subject
Date: 2005-11-08 08:09 am (UTC)