запишу себе, чтоб не забыть

[bullochka]

Эрик Бёрн. Игры, в которые... Самые понравившиеся. самые ценные для меня сейчас цитаты

Только человеческая близость
может полностью
удовлетворить сенсорный и структурный голод и потребность в признании.
К счастью, свободная от игр человеческая близость, которая по сути
есть и должна быть самой совершенной формой человеческих взаимоотношений,
приносит такое ни с чем не сравнимое удовольствие, что даже люди с
неустойчивым равновесием могут вполне безопасно и даже с радостью
отказаться от игр, если им посчастливилось найти партнера для таких
взаимоотношений.
Ощущение независимости достигается, как мы считаем, высвобождением или
пробуждением трех способностей: "включенности в настоящее", "спонтанности"
и "близости".
"Включенность в настоящее" означает умение видеть что-то определенное
или слышать, например, как поют птицы, причем делать это так, как умеешь
именно ты, а не так, как тебя учили.
Обретение способности вновь видеть и слышать непосредственно мы
называем "включенностью в настоящее". По своей психологической природе
"включенность" представляет собой восприятие, родственное эйдетическим
образам [Эйдетизм (гр. eidos - образ) - в психологии - разновидность
образной памяти, способной к сохранению и воспроизведению черезвычайно
живого и детального образа воспринятых ранее предметов и сцен.]. Возможно,
у некоторых индивидов такое восприятие существует в области вкусовых и
обонятельных ощущений, что открывает большие возможности в соответствующих
сферах деятельности, например, кондитерам, косметологам, поварам, чья
вечная проблема состоит в том, чтобы найти аудиторию, способную оценить их
произведения.
"Включенность" предполагает жизнь в настоящий момент, а не где-то в
прошлом или будущем.
Торопиться - значит пренебрегать этим миром и думать только о
том, чего еще не видно за поворотом дороги, или о самых обыкновенных
препятствиях, или исключительно о себе.
Человек, "включенный" в окружающее, знает,
что он чувствует, где находится и какое сейчас время. Он знает, что после
его смерти деревья будут расти, как и прежде, но он их уже не увидит,
поэтому он хочет увидеть их сейчас со всей остротой, на которую способен.